Я люблю тебя, мой внутренний ребёнок

Пришлось мне как-то наблюдать за детьми в начальной школе, они такие энергичные, свободные, живые и настоящие. Непосредственность, с которой они встречают друг-друга улыбкой и помахиванием ладошкой в окно, вызывают умиление и в груди становиться теплее. Когда мне удалось заметить и почувствовать всю эту свободу, я очаровался и замер. Я стоял и смотрел за тем, как живо дети первого класса выражают свои чувства друг-другу, свободно проживая их во взгляде, движении, прикосновении, как естественна их мимика и интонации. Мне было интересно наблюдать, как мальчики открыто соперничают друг с другом за пространство девочек, пытаясь говорить громче, двигаться больше и экспрессивней, и как с удовольствием и без утайки радуются, получая желаемое внимание. Как девочка, вдумчиво и неспешно, наслаждается активностью вокруг и как естественно ведёт себя в этом. Такая свободная детская активность “заколдовывает” и я, забыв на минуты про свои взрослые планы, погрузился в наслаждение переживаниями, которые разворачивались внутри меня. Я почувствовал, что “маленький я” ожил и в форме разных воспоминаний из детства начал возникать в моём сознании. Под моей замершей на месте позой скрывалось остановленное желание побыть чуточку свободным, отпустить все “взрослые” предрассудки и разрешить себе себя. В тот момент, когда я обнаружил телесное замирание, моё дыхание стало поверхностным, вдохи короткими, а выдохи редкими. Я почувствовал растерянность, сомнения в том, что могу и какую-то неловкость. В моём воображении начали возникать образы мамы, останавливающей моё радостное “вауууу” и бег в сторону увиденного на детской площадке соседа. Множественные “повзрослей”, “тебе должно быть стыдно за своё поведение” и “тише-тише, вокруг же люди”.  Я почувствовал стыд и вину, это было привычно для меня, стыдиться за свою активность и виниться перед мамой, ведь я непослушный ребёнок, позорящий её перед окружающими. При этом я люблю свою маму и благодарен ей за помощь, которую она не раз мне оказывала в сложных обстоятельствах моей жизни, а они были и правда сложны, за её терпение и любовь ко мне. 
В этом месте может возникнуть вопрос: “А как же обращаться с ребёнком, чтобы он не стал хулиганом и вырос воспитанным человеком, ну и счастливым при этом?”. Так вот, модель воспитания, выражаемая в частых остановках возбуждения-интереса ребёнка к окружающему миру, едва ли поспособствует развитию чувствительности к собственным желаниям и решительности. Вряд ли регулярные пристыживания и прямые обвинения без разъяснений родительских целей на понятном ребёнку языке помогут стать воспитанным. Скорее все перечисленное научит ребёнка прерывать себя, а то и вовсе останавливаться. Ну и конечно же злиться на родителей и это неплохо, если родители готовы поддержать развитие контактных форм агрессии в своём ребёнке. В общем, накатила детская обида на меня. Подтянулись профессиональные знания возрастной психологи о том, что патерны обращения с внутренними импульсами, потребностями и желаниями, а также поведение, порождаемое этими патернами, формируются в раннем детстве, с возраста 7-9 лет просто совершенствуются. 
Не утонуть в обиде мне помогли всё те же свободные дети, шумно бегающее передо мной. Я вдруг почувствовал, что сейчас я уже взрослый, а моей маме 63 года и она пенсионер. А ещё я понял, что привычка останавливать свою активность не просто так воспитана во мне, ведь и моя мама была ребёнком и ее знание о том, как обходиться с живым и энергичным интересом к жизни, тоже была взята из детско-родительского опыта и так далее. Сейчас мои ограничения в самовыражении и творческом воплощении своего индивидуального потенциала поддерживаются не моей мамой, а моими представлениями о собственной “хорошести-послушности” и привычкой себя прерывать, а ещё страхом делать по другому, страхом быть свободным. Я понял, что сейчас я могу организовывать самые разные формы для реализации своей энергии и лучшие из них сочитаются с моими интересами. Немного времени мне понадобилось для того, чтобы вспомнить чего мне давно хотелось и что мне интересно. Ответы давно были во мне. Я хочу играть на фортепьяно, танцевать, петь, умело драться и говорить на иностранных языках, хочу путешествовать и ходить в походы, спускаться по горной реке и многое другое. И хотел всего этого я давно, вот только сейчас мой “внутренний родитель” способен отпускать “ребёнка” в понятные, доступные и хорошие путешествия по миру собственных интересов и желаний. 
Обида стала покидать меня, я понял, что я могу. В течении дня я виделся со многими взрослыми людьми, коллегами, клиентами, близкими и просто случайными встречными, и в каждом из них я мог замечать их внутренних детей, которые так и видят мир глазами, наполненными интереса и желанием спонтанно и творчески  его познавать, но не всегда способны заявлять об этом.